Бабушки против Лавкрафта: Как не надо отмечать день рождения отца Ктулху

Корреспондент Первого студенческого побывал на дне рождения Говарда Филлипса Лавкрафта в московской библиотеке имени Некрасова, остался в недоумении и рассказывает, каким должен быть дух праздника.
22 августа
16:05
Корреспондент Первого студенческого побывал на дне рождения Говарда Филлипса Лавкрафта в московской библиотеке имени Некрасова, остался в недоумении и рассказывает, каким должен быть дух праздника.

- А может, у вас есть что-нибудь Лавкрафта?

   - Это о сексе?

   Лэнтри рассмеялся.

   - Нет, что вы.

Рей Брэдбери, «Огненный столп», 1991

20 августа исполнилось 129 лет со дня рождения великого американского мастера ужаса Говарда Филлипса Лавкрафта. Фанаты и почитатели автора каждый год отмечают две даты –

рождения и смерти. В этом есть некая цикличность жизненного пути, что роднит ее с мотивами произведений писателя.

В конференц-зале Библиотеки имени Н.А. Некрасова в день рождения мастера необычайно много людей – мест на всех не хватает. Взволнованные бабушки-библиотекарши приносят и ставят стулья в коридоре. Что нас ждет? 

Люди в темных балахонах, рунические символы и пентаграммы. Шепчущие голоса в темноте и странные шорохи. Неописуемый ужас, незримый и невероятно древний. Хтонический хаос, безумие.


Косплееры, одетые как Глубинные (Deep Ones) или напоминающие Старцев, Шогготов, Ми-го.

А может зрители дружно играют в аналог мафии в духе миров Лавкрафта, в настолки, компьютерные или мобильные игры...

Нет, ничего подобного. Здесь прозвучала лекция Андрея Орловского — поэта, писателя, журналиста, главного редактора проекта «Живые поэты». С ее содержанием вы можете познакомиться в этой универсальной статье

Так я хотел начать этот материал, что вероятно было бы крайней степенью неуважения к самому Лавкрафту.

Нельзя сказать, что я преданный фанат его творчества. Но в моем представлении Лавкрафт больше ассоциируется с мифами о Ктулху, чем с рассказами о его сложной и нелегкой жизни, о тяготах непризнанного при жизни автора.

Я начал этот материал с цитаты из малоизвестного рассказа Рея Брэдбери, чтобы задать представление современного человека об ужасе из Данвича или тени под Иннсмутом. Это просто набор слов для непосвященного человека. Как для собеседницы Уильяма Лэнтри – ходячего мертвеца давно ушедшей эпохи, ловца страха.

Мы – читатели и зрители «Реаниматора» и даже жутких историй Стивена Кинга – ищем, чем пощекотать нервы, почувствовать хруст костей и натяжение мышц, шум крови в ушах.


Даже весьма попсовая экранизация мифов Ктулху в виде фильма «Дагон» 2001 года заслуживает небольшого упоминания в этой статье – гифки будет достаточно.

Словно пришельцы Клиффорда Саймака в романе «Вся плоть трава», мы ищем способы заставить себя плакать и бояться, отмахиваться руками от безжалостной природы тех вещей, которые не способны осознать.

«- Они приходят пугаться.

- Пугаться?

- Ну да. Для потехи. Они любят пугаться.

Я кивнул: так и есть. Будто ребятишки подкрадываются к заброшенному дому, про который идет молва, что там водятся привидения: заглянут в окна, почудится им что-то, послышатся шаги - и вот они удирают со всех ног и визжат, напуганные ужасами, которые сами же и вообразили. Забава эта никогда им не приедается, опять и опять они ищут страха, и он доставляет им странное удовольствие.

«…»

- А близко они живут?

«…»

- Ну, в этом мире?

- Нет. В другом мире. В другом месте. Только это все равно. Для потехи они куда хочешь заберутся»

К. Саймака (Симак), «Вся плоть трава», 1968

Странное ощущение, не правда ли? Мог ли знать Саймак о том, что он дает весьма точное определение людям, тянущимся к этой странной забаве – пугаться ужасов, которые вообразили себе сами. 

Но вернемся к Лавкрафту.

Чтение его произведений – глубоко интимное занятие. Это ощущение себя в роли песчинки, плывущей по бескрайнему морю хаоса и безумия между островами здравомыслия.

Тот, кто играл в настольные игры по вселенной Лавкрафта, вряд ли почувствует что-то иное, кроме горького разочарования, если в день рождения великого не будет иммерсивности, сопричастия и погружения…

Как, например, в «Ужасе Аркхэма» или в «Древнем ужасе» – настольных играх по мотивам лавкрафтовской мифологии.

Величие текстов Лавкрафта в том, что они не дают читателю отделить себя от вымышленного мира. Ты понимаешь, что невыразимый ужас может быть буквально в шаге от тебя, за углом, под полом, за стеной. Он дышит тебе в затылок и хочет… 

Непостижимость помыслов сущностей ГФЛ пугает.

Картинки по запросу eldritch horror

Но все же хочется большего. Погружения в мир с расползающейся заразой оккультизма, где герой пытается не просто выжить, а победить. Хочется избегать слово «зло», ведь помыслы существ Лавкрафта нельзя объяснить злыми намерениями. Они просто другие, не такие как мы – ведомые собственными инстинктами и представлениями о жизни.

Стать своеобразным сыщиком, а точнее обычным человеком – хоть бездомным, хоть оперной певицей – и путешествовать по миру, решая загадки и сражаясь с монстрами – вот успех хорошего дня рождения мастера ужаса Говарда Ф. Лавкрафта.


Да, можно быть предельно консервативным и читать в оригинале зацикленные сюжетные фабулы писателя. Но в 2к19 это очень спорно.

В тексте использовались цитаты из произведений в переводах: И.Невструев, Н. Галь.

Подписывайтесь на наши страницы во «ВКонтакте»Instagram и Telegram.


Комментарии
авторизуйтесь
чтобы можно было оставлять комментарии.
Читайте также
17 сентября
15:55
В Москве стартуют студенческие спортивные игры Moscow Games
17 сентября
11:00
«Профессии Москвы»: Машинист метро
16 сентября
15:50
Москвичи выберут детали для города будущего на ВДНХ