«Прямо не квартира – вдовий пароход» в Театре города М.

06 февраля
12:00

ДЕКОРАЦИИ, СВЕТ, ЗВУК

Автор: Анна Рагозина 

Темнота. Тяжелая музыка. Одинокий луч белого света выхватывает фигуру матери главного героя. Она тянет руку к сыну и зовет его с собой. Затем снова темнота. Так начинается постановка. 

В дальнейшем светорежиссер нередко будет прибегать к помощи мигающих ламп для отражения непостоянности, зыбкости жизней героев, неестественно белого света, подчеркивающего драматичность, и мягкого мерцания свечей для создания атмосферы уюта и душевности. 

Музыкальное сопровождение также добавляет постановке атмосферности. Песни военных времен, частушки в исполнении героев - все это проникнуто одновременно и глубокой тоской, и пронзительной верой в лучшее. В целом, звуковое сопровождение часто способствовало нагнетанию атмосферы, а потом медленно, но верно подводило действующих лиц к развязке их конфликтов.

1644173101_psx20220206204634jpg.jpg

Если говорить о декорациях, то все события происходят в одной локации - на кухне коммунальной квартиры. Эта локация - идеальное отражение эмоций всех героев, их воспоминаний, надежд и жизней в целом. Именно на кухне соседи собираются вместе, чтобы праздновать и горевать, говорить и молчать, спорить и мириться. Декорации расположены так, что всех актеров хорошо видно, у каждого героя есть свое место и занятие, что помогает зрителям лучше понять персонажей. Громко хлопающие двери, грохочущие тазы для стирки и открытая форточка еще больше погружают нас в быт главных героев, затягивают и не отпускают до самого конца.

АКТЕРСКАЯ ИГРА

Автор: Ксения Шишова 

Все жильцы «вдовьего парохода» совершенно не похожие, чужие и в то же время самые родные друг другу люди. Их объединила война, переплела жизненные линии и свела героев в коммунальной квартире. Это пространство стало «спасательной шлюпкой» для душ, судьбы которых война навсегда изуродовала и изменила. 

Каждый герой по-своему уникален и является неотъемлемой частью мира, созданного актерами Театра города М. Взять, например, Аду Ульскую. Самая жизнерадостная жительница коммуналки, поющая душой, несмотря на преподнесенные жизнью горести. Она ассоциируется у меня со стеклышками витража: яркий образ, и неважно, цветастое платье или халат на ней. Красная помада и обилие украшений тоже никак не сочетаются со статусом пенсионерки. Все-таки нет, я не могу развидеть в Аде юную, слегка взбалмошную, со звонким голосом девушку, полную жизненной энергии. 

Наталья Богданова придала своей героине озорную искру. Ада удивительным образом сохранила в себе позитивную энергию: она и сыграет на гитаре, и споет за столом, оглушая оперными интонациями соседей по квартире. Я оставалась под большим впечатлением после каждой песни, исполненной Натальей.

Актриса создала образ зрелой, но никак не пожилой женщины, с душой ребенка и хулиганистым чувством юмора. Несмотря на свой возраст, “опереточная” продолжает искать себе жениха и не отказывает себе в удовольствии пофлиртовать с Василием Сергеевичем - замполитом и военным товарищем Анфисы Громовой, когда тот приходит в гости. 

1644173029_psx20220206204549jpg.jpg

Полной же противоположностью Ады является Капа Гущина в исполнении Екатерины Хамдо. Героиня Хамдо - очень религиозная женщина, во всем видящая божий умысел. Исходя из собственного горького опыта, Капа считает нужным советовать своим соседкам, как им жить. Беременную не от мужа Анфису, пришедшую с войны, она осуждает за грехопадение, а Ольгу Флерову обзывает психованной. Екатерина Хамдо прекрасно показала образ пожилой и даже жестокосердной женщины, потерявшей веру в счастье и любовь после раннего замужества и смерти маленького сына. Единственное утешение Капа находит в церкви. В молитвах за свои грехи она проводит большую часть времени, объясняя потерю ребенка Божьей карой за неправедный образ жизни. 

Несмотря на несчастья и личные трагедии, все жители коммунальной квартиры становятся одной семьей для сына Анфисы Громовой - Вадима. На протяжении первой половины первого акта я не могла понять отстраненность героя Валентина Ермакова от происходящего на сцене. Позже стало понятно, что он наблюдал за действием со стороны, как будто читая мемуары о прошлом своей семьи. Окруженный любовью матери, взлелеянный соседями, Вадим вырос весьма эгоистичным молодым человеком. Валентин Ермаков придал своему герою холодную отрешенность и притупленную апатичность. Так, на протяжении всего спектакля герой обвинял мать в том, что она душит его своей любовью, соседкам же он не мог простить лжи об отце. Как можно укорять родную мать в чрезмерном проявлении чувства любви? На такое способен человек избалованный, с детства чересчур окруженный вниманием близких. 

Валентин Ермаков отделил своего героя от всех жителей «вдовьего парохода». Вадик сначала в прямом смысле слова отталкивает мать, когда та устраивает его в университет, а позже, напирая на заботливых соседок, резко отвергает предложение о помощи в уходе за больной Анфисой. Герой Ермакова на протяжении всей постановки существовал, будто внутри себя, пытался разобраться в своем характере. Обиды, нежелание прощать людей, постоянные обвинения и критика окружающих душили Вадима. И как бы Анфиса и ставшие родными соседки не старались воспитать в герое благородное и милосердное начало, я считаю, человек самостоятельно формирует большую часть своего характера. Только так я могу объяснить поступки этого героя.

РЕЖИССЕРСКИЙ ХОД

Автор: Елизавета Желудева 

Надеемся, что какую-то мысль сегодня мы сможем донести - большую и очень важную,” - такими словами открывает показ режиссер Александр Бабик

Повесть Ирины Грековой, по мотивам которой поставлен спектакль, рассказывает о нелегкой судьбе женщин в военное время. Никто не может вздохнуть полной грудью: ни Ольга Флерова, забывшая о том, что ее вообще хоть кто-то на белом свете способен одарить нежной лаской и чистой любовью, ни птичка певчая Ада Ефимовна (только если формально вздохнуть - для набора воздуха перед очередным музыкальным приступом). Сильнее и глубже всего сострадаешь Анфисе, ведь она который раз отвергнута родным сыном, и именно через тему “отцов и детей” воздействует режиссер на зрителя.

1644173079_psx20220206204415jpg.jpg

Все ключевые герои собрались на кухне. И поднимают стаканы за человека, который оставил значимый след в забытой Богом коммуналке. Тянется скорбная канитель, тянется, каждый старается добром помянуть зачинщика застолья. Вдруг проскакивает “мама твоя была…”. Слова обращены к молодому человеку с поникшей головой и пустым взглядом - Вадиму, сыну той самой “мамы”. А та самая “мама” - Анфиса Громова.

Повествование об Анфисе не прекращается, когда на пороге квартиры появляется женщина в шинели и сумке через плечо. Капа пучит глаза и кричит: “Фиса, Фиса, узнала!”. И теперь Вадим не просто слушает рассказы о своей матери от ее сожительниц, но и наблюдает всю картину воочию. Однако далеко не в качестве стороннего зрителя. Поворотные события в судьбе матери не проходят без вмешательства сына. Неожиданное возвращение отца, паралич матери на почве происходящего - Вадик во всем принимает непосредственное участие.

Писательница основным драматическим узлом повести делает отношения между Вадимом и Анфисой, но главными героями они становятся только спустя страницы. Сначала читатель знакомится с Ольгой Флеровой, от лица которой идет рассказ. Режиссер, наоборот, сразу дает понять, что угрюмый, равнодушный молодой человек и суетливая, волнующаяся обо всем и обо всех Анфиса играют значительную роль в этой истории. 

Все возвращается на круги своя. Полюбившиеся герои сидят за столом с рюмками клюквенной наливки в руках. И тут окончательно ясно, что Анфиса перед зрителем больше не появится. 

1644173139_psx20220206204706jpg.jpg

Режиссерская мысль донесена более чем внятно: храните, дети, своих родителей. В противном случае они уйдут и больше не вернутся, а вы будете, как бедный Вадик, сидеть в окружении ненавидимых всей душой теть, заливающих свое горе чем-либо покрепче.

Автор фото: Ксения Шишова


Читайте также
30 июня
12:45
Подведены итоги конкурса «Знание. Театр»
30 июня
02:10
Кирилл Серебренников объявил о фактическом закрытии «Гоголь-центра»
27 июня
21:55
Уставший Бог, говорящий пес, Bésame mucho: какой выдалась постановка «Новый Мокинпотт» в Театре «Эрмитаж»