«В каждом из нас есть ген благотворительности»: интервью с членом жюри фестиваля социального кино «Шередарь» Александром Баршаком

Совсем недавно открылся сбор заявок на VIII Всероссийский кинофестиваль «Шередарь», который пройдет с 27 сентября по 3 октября 2024 года при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Александр Баршак, председатель правления фонда и член жюри кинофестиваля, рассказал Первому Студенческому о проекте. 

- Как появилась идея создания кинофестиваля? 

- Наш кинофестиваль был основан в 2016 году благотворительным фондом «Шередарь», который занимается реабилитацией детей, перенесших тяжелые заболевания. Сначала кинофорум носил название «Благотворительность в объективе», но позже было выбрано универсальное название «Шередарь», чтобы подчеркнуть связь с конкретной организацией. Сам фонд был назван по имени реки Шередарь, которая протекает недалеко от места проведения программ, в поселке Сосновый Бор Владимирской области.

Идея создания этого замечательного проекта принадлежит Виталию Серафимовичу Калинину — действующему Президенту кинофестиваля «Шередарь», члену Правления одноименного фонда. Виталий Серафимович мечтал о создании «фестиваля позитивного кино», где можно было бы рассказывать о важных для общества проблемах, не фокусируясь при этом на страданиях. Идея была в том, чтобы создать форум, площадку для общения, диалога, чтобы начинающие и опытные кинематографисты могли обмениваться опытом, участвовать во встречах, мастер-классах и т. д. 

- Какова основная миссия кинофестиваля «Шередарь», помимо выявления талантливых авторов?

- Вы правы, наш кинофестиваль имеет определенное социальное значение и обладает особой миссией. Тут я процитирую Виталия Серафимовича, который очень точно ее обозначил: «Привлечение людей к самой природе благотворительности». Виталий Серафимович придумал в свое время выражение, которое мне очень нравится: «ген благотворительности». В той или иной степени он есть у каждого, и наша задача — оживить, расшевелить его.Все мы так или иначе занимаемся благотворительностью — по отношению к детям, родителям, знакомым и незнакомым людям. Это естественная для человека вещь — помогать, только так мы можем возвыситься над животным состоянием.

- Расскажите, пожалуйста, подробнее о ваших номинациях. Как они формируются?

- Сейчас у нас 10 номинаций, включающих кино-, теле- и видеоконтент, все на социальную и благотворительную тематику, есть отдельные номинации для благотворительных организаций. Подробнее о каждой из них можно почитать на нашем сайте. Основной перечень номинаций у нас не меняется много лет, но в этом году мы переформатировали некоторые из них, а также добавили две новые — «Ты не один» и «Профессии моей родины».Есть номинации достаточно «сложные». Например, в прошлом году фильм производства «Comedy Club» про стендапера с ограниченными возможностями соревновался с документальным фильмом, снятым детишками в онкологической больнице. Сами понимаете, это совсем разные вещи и разные бюджеты. Поэтому нам, членам жюри фестиваля социального кино, приходится сложно, но мы, тем не менее, находим возможности судить и поощрять работы, которые кажутся нам особенно важными.

- Какие самые яркие и запоминающиеся работы были представлены за время проведения конкурса?

- Очень много талантливых работ мы получаем каждый год в каждой номинации. У нас начинали многие ребята, которые потом стали известными социальными документалистами. Не хочется выделять кого-то одного и называть имена.Много ярких рекламных роликов нам присылают, — номинация «Сетевой контент», о которой я говорил выше. Помню, был ролик, где снялся известный актер Павел Деревянко — для фонда, который помогает детям с аутизмом. Еще был ролик от другого фонда, где обычному человеку надевали наушники и включали одновременно 50 голосов, предлагали почувствовать то же, что чувствует человек с аутизмом, и попробовать в этом существовать.

Помню яркие ролики, снятые в поддержку ребят с ДЦП, тоже с известными артистами. Это всегда какие-то очень простые, недорогие, но при этом выразительные по действию и смыслу произведения.

- Планируете ли вы расширять тематику фестиваля в будущем?

- На самом деле, тематика расширяется независимо от того, планируем мы это или нет. Я помню, как в один год нам пришло сразу несколько фильмов о питании бездомных. У нас не было раньше фильмов, связанных с этой темой, и тут она появилась. Так что мы не планируем — планирует жизнь и ее величество Благотворительность. Она привлекает людей, люди что-то снимают, эти фильмы попадают к нам... Естественным образом тематика фестиваля расширяется, и это здорово!

- Каких конкретных социальных изменений вы стремитесь достичь с помощью кинофестиваля?

- Наши задачи прописаны в уставе. Наша цель — привлечь внимание к важным социальным темам и проектам современности. И еще постоянно работать над качеством контента в области благотворительности через мастер-классы и встречи в рамках фестиваля с лучшими представителями кинопрофессий — от операторов до композиторов.Кроме того, мы всегда приглашаем на фестиваль представителей НКО, фондов. Таким образом площадка реабилитационного центра «Шередарь», на территории которого проводится фестиваль, используется как место для знакомства и творческого диалога. Огромное количество творческих тандемов родилось за время существования нашего проекта.

- Чем для вас является фестиваль и фонд в целом?

- Сегодня я уже не мыслю себя без «Шередаря». Для меня фестиваль и фонд — это постоянное ощущение того, что ты, помимо всех своих основных обязанностей (профессиональных, отцовских и т. д.), делаешь то, что поддерживает в тебе звание человека, по крайней мере в твоих собственных глазах.

«Шередарь» существует уже более 11 лет, он растет и развивается, у фонда появляются новые программы: в прошлом году была запущена смена для молодых взрослых, в этом году у нас запуск абсолютно новой программы по психосоциальной реабилитации подростков с травматическим опытом. Кроме того, мы планируем открыть второй реабилитационный центр, «ШереШередарь», где круглый год участники проекта будут помогать детям с широким спектром тяжелых заболеваний. Я рад и горд, что причастен к этому и сам могу расти вместе с «Шередарем».

«Ген благотворительности» постепенно проникает во всех, кто как-то причастен к «Шередарю». Мы все им заражаемся, он, образно говоря, становится нашей «болезнью». И пусть «болезнь» благотворительности станет самой заразной из всех.