«Вальхен» Ольги Громовой: книга не о войне

Ещё в школе, раскрыв заданный на весенние каникулы список, рекомендованный учителем литературы, мне в глаза попалось название книги на самой первой строчке: «Вальхен» Ольги Громовой. Я вспомнила слова учителя о том, что это история о 13-летней девочке, подходящая нам по возрасту, нас заинтересует. Но, если честно, больших ожиданий от этой книги у меня не было: «дети войны» — это всегда очень ужасно и страшно. До сих пор я не была любителем «военной» литературы. И кто бы мог подумать, что эта книга станет чуть ли не самой любимой из внеклассного чтения за школьное время.

Как это было?

Безоблачное крымское лето. Впереди у 13-летней школьницы Вали долгожданные каникулы. Наконец можно будет гулять сутками напролёт, купаться в речке и проводить время за бесконечными разговорами с друзьями. Как же чудесна жизнь, когда они ещё молодые и у них всё впереди. Лучшие подруги, Валя и Марина, валяются на горячем песке, бросаются горстями друг в друга и болтают о будущем. Марина хочет быть воспитателем в детском саду — у неё отлично получается ладить с детьми, а вот Валя мечтает быть врачом и лечить людей от туберкулёза. Жизнь течёт мирно, спокойно. Маринка зовёт подругу поехать с ними завтра на аэродром, где работает её папа, и Валя с радостью соглашается. И вот наступает следующий день — 22 июня, жаркий, безоблачный.

Проснувшись с утра пораньше, Валя выходит на улицу, и вроде бы всё идёт своим чередом, но как-то не так. Выбегает Марина и говорит, запыхавшись:— Мы никуда не едем. Папу вызвали. Сами не знаем — ничего не говорят.

К девочкам подходит Валина мама — такой девочка Валя её ещё не видела. Как никогда прежде, мама выглядела испуганно. Она проронила лишь негромкое:— Идите домой. Пока ничего не ясно, лишь одно — в 12 часов дня всем включить радио.

Валя ничего не понимала. Расставшись с Маринкой, она пришла домой и включила радио. Вся семья была в сборе. Все прилипли к радиоприёмнику, будто к какому-то чудодейственному аппарату, который так скоро откроет им все тайны. Девочка выглянула в окно — там стояло не меньше 15 человек возле уличного столба с радиоприёмником. Ждали.

И тут, сквозь бодрую песню, раздался громкий голос диктора: «22 июня 1941 года немецкие войска в четыре часа утра напали на Россию!» Услышав эти слова, каждый человек замер. Трудно передать, какое выражение можно было увидеть на лицах людей, оказавшись в пригороде Севастополя летом 1941 года. Объявление закончилось, но жизнь катилась дальше.

Люди тянулись длинной вереницей по улицам города, каждый думал только об одном: «Война? Неужели война? Как и сколько она будет продолжаться?» Дети плакали, взрослые обдумывали речи, обсуждали эти последние ужасные новости. Кто-то высказывался о плохой тактике нынешней власти, кто-то, опровергая мысли других, горячо спорил. Можно только сказать одно — жизнь в городе явно переменилась. Чем дальше шло время, тем пустыннее становились улицы.Жизнь как будто перевернулась.

Август. Война уже 2 месяца, а все были уверены, что она продлится недолго. Каждый день слушают радио, но про Севастополь ничего — лишь краткие сводки с границ. Вот и атака города началась. По улицам ходят старшеклассники — делают светомаскировку. Среди них — две важные героини повести. Наташе уже пора идти в 10-й класс, но с таким итогом событий её семья вряд ли сможет платить такую сумму, да ещё и с младшим братом (тогда обучение в старших классах было платным). А сейчас она работает на пользу города.

Шло время. И вот наступил тот самый день — немцы заняли город. Пришли тихо, а точнее приехали. И основались. Объявления расклеили.

Немцы вводили свои правила: в течение нескольких дней зарегистрироваться в местной комендатуре. Непослушание — расстрел. Валя, увидев это объявление, не могла забыть о нём весь последующий день. Она шла, возвращаясь домой, тихими переулками старого города и слушала, что говорят люди. А ведь и правда — какой у людей выбор? — подумала девочка, согласившись про себя с двумя немолодыми людьми. Идти регистрироваться — значит работать на немцев, не идти — на что жить? А вдруг ещё и правда расстреляют...Было далеко за полдень. Миша — старший брат — вернулся с ежедневных работ. Валя, мама и он — все были в сборе, обсуждали последние новости. Тут, не выдержав, Миша поднялся со стола и мужественно произнёс такую речь, что мама, Анна Николаевна, невольно задумалась. Эти мужские интонации и чёткие фразы заставили её вдруг увидеть сына новыми глазами. Она и не заметила, как мгновенно, за несколько месяцев, изменился Миша. Война, уход отца на фронт, два месяца тяжёлой работы на окопах — и вот он уже не ребёнок, а мужчина...

И Миша вскоре подтвердил ужасные опасения матери — стал принимать такие решения, которые даже взрослый бы порой не смог принять. Он решил, что уходит. Сказал родным, будто ушёл и не вернулся: ведь в маленькой тесной кухне им втроём было никак не ужиться. Анна Николаевна со слезами на глазах не стала перечить — отпустила.

Немцы заселились. Мама с Валей на днях сразу же зарегистрировались, но от работы выпросили не давать, так как немцы давали им целую купу белья на стирку, расплачиваясь несчастной горбушкой чёрного хлеба.

Время шло. Любимым занятием Вали стало чтение на немецком. Когда немцы уходили, она с любопытством заглядывала в уже сформировавшуюся «библиотеку» и брала понравившуюся книгу. И вот в один день офицер задержался дома, и когда Валя, по обыкновению, шла за новой книгой, вопросительно глянул на неё и усмехнулся. Валя встала, покраснев.

— Ты хочешь книгу? — спросил немец.

Валя ещё больше оробела и уже начала пятиться, когда фашист протянул ей книгу. С этого дня Валя усвоила урок, запомнившийся на все дальнейшие годы: когда понятия «друг» и «враг», «свой» и «чужой» перепутываются, а может, и соединяются. Именно в этом немце был виден человек, не хотевший особо войны и даже дававший жильцам консервы.

Вот и основная политика немцев показалась. На главной площади вывесили новое объявление: о сборе всех евреев немедленно. Как отозвался простодушный немец об этом: «Евреи виноваты только в том, что они евреи». Недавних, казалось, знакомых, но уже таких родных — Зою, Шушану и Розу (беженцев ещё с начала войны из Севастополя) — удалось укрыть и спасти (их когда-то добросердечная Валя гостеприимно приняла в дом). Одна из женщин была еврейкой, и Анна Николаевна вместе с дочерью приложила все усилия, чтобы сделать поддельный паспорт.

Вскоре по улицам города шагала длинная процессия самых разных людей — всех евреев. Они не знали, куда их везут, но у всех было плохое предчувствие. Как ни странно, немцы отпраздновали свой главный праздник — Рождество, да еще и с размахом. У Вали в голове не укладывалось: как они могут быть христианами, когда делают такие вещи?

Вот и Новый год прошёл. А 1 января на главной площади лежало тысячи убитых людей — от каждого квартала по одному, в наказание за подрыв партизанами части комендатуры и ножа на вокзале. Немцы показали себя.

Пришла весна. Всё стало цвести, и жизнь вроде продолжалась. Немцы стали приглашать работать в Германию — людей не хватало. Но вроде бы Валю не должно было это касаться: отбор (призыв) был с 15 до 40 с чем-то лет. Но Валя выбежала на площадь и попала в самую толкучку. Девочка не смогла вырваться, и её затянуло потоком толпы. С этого момента и начинается новая глава в её жизни.

Вместе со всеми, под строгим конвоем, погнали к поездам. Погрузили в вагоны по 40 человек. Валя, не успев ничего понять, оказалась рядом с братьями по несчастью (главное сейчас — держись...).

Единственными подругами на долгие четыре дня стали девочки — Марьянка и Наташа (с последней Валя была уже знакома). Жестокость немцев выливалась сейчас во всём: им разрешалось выходить в туалет на 5 минут — всем подряд, женщинам, мужчинам, не важно. Фашистов же забавляло это зрелище.На границе была пересадка: Валю вместе с остальными осмотрели, заставили приказом раздеться, вымыться. Девушкам отрезали косы — нет пути домой — и выдали чистую немецкую одежду, посадив на новый путь, более комфортный, чем первый.

Приехали в лагерь. В Германию. Валя впервые видела таких красивых людей в городе — немцев, как в фильме. Дети показывали на процессию пальцем, прохожие оглядывались. Вот она какая — страна врагов. Вот и лагерь. Кто мог подумать, что 13-летней девочке придётся пережить всё это? Валя скоро поняла: они остарбайтеры со значком «OST», люди второго сорта. Вскоре ей пришлось запомнить ещё один такой признак — свой номер «577».

Живя в лагере, ей приходилось ежедневно выполнять неимоверно тяжёлый труд. При этом чувство голода было постоянным. Выручала только поддержка подруг. Но и здесь нашлись «враги», которые на свой риск помогали остарбайтерам. И всё это вдалеке от дома... Где там мама? Знает ли она, где её дочь?Наступило жаркое лето. Работы стали невыносимые. Контроль фашистов усилился. Девушек вызвали, выстроили в шеренгу на входе в лагерь. Мимо проходили холёные дамы с высокими причёсками и осматривали «товар». Только услышав это «двадцать марок», Валя вдруг осознала, что происходит: их продают.

Наконец большую часть пленниц разобрали, и вот подошёл мужчина и, поторговавшись, выбрал Валю. Следующие три года здесь не описать. Война и первая любовь — как это? Семья, принявшая Валю, была полностью против пропаганды в Германии, и девочка жила с ними совсем как член семьи, уже почти забыв, каково ей приходилось в лагере. К тому же она практически идеально знала немецкий и так сдружилась с детьми этой семьи.

Но каждый раз чувствовала вину — сильную, поглощающую. Как она, остарбайтер, чувствует здесь себя хорошо, когда там, на Родине, воюют, убивают? Как там папа? Мама? Брат? А она живёт здесь в тепле, хорошо питается. Валя часто ловила себя на мысли, что чувствует себя как дома... но сразу корила себя за это. Ну как же думать, что вокруг враги, если эти люди буквально спасли её?

1945 год... Сквозь немецкую пропаганду удавалось услышать правдивые сводки из России. Несомненно, Родина стала выигрывать: кольцо вокруг Ленинграда прорвано, русские идут на запад, и это скрывать больше нельзя. По рассказам Наташи, Валя узнала, что их охрану ослабили. Видимо, немцы уже понимают: если русские придут (а это случится), то если будут зверствовать, им несдобровать. Русские непобедимы — это говорят все вернувшиеся с фронта. И вместе с тем — с невероятно добрым сердцем: раненых немцев спасали русские прямо с поля и лечили. Это немыслимо и просто удивительно для фашистов.Но что же Валя? А уже по-немецки Вальхен? Её страна побеждает — то, чего она так долго ждала? Но прежние враги, а теперь уже друзья — вновь враги, и их положения меняются... Но есть же немцы, не хотевшие войны, как семья Шульцев. Как же быть?

Война и любовь 

Между тем — любовь... Между Валей и Тиллем (старшим сыном семьи Шульцев) вспыхивает взаимное глубокое чувство, они уже больше чем брат и сестра. Они гуляют вместе за руку, а их история любви похожа на «Ромео и Джульетту»... Но Вале нужно сделать выбор. Отнюдь не простой. Сама. И только сама.

Тилль всё думает о будущем, мечтает, романтизирует его... А Вале от этого не легче, она мыслит реалистично. У Шульцев меньше еды, теперь и им приходится недоедать — они проигравшие. А Валя — что? Выигравшая? Американцы бомбят город. Как же это? Будто всё поменялось ролями. Девчонки из лагеря рассказывают, как мальчишек заставляют разбирать остатки детского сада, вытаскивать маленькие ручки и ножки из-под чистки. Как же это всё ужасно. Но вроде бы — победа. И всё же...В лагерь прибыли американцы. Даже стали выдавать шоколадки на обед! Валя приехала туда, откуда всё начиналось. Шульцы приезжали навестить её, а она передавала их шоколадки детям. Как же странно. Теперь и они голодают. Тилль лишь однажды приезжал. И, попрощавшись в последний раз, понимая исход судьбы, уехал, пожелав Вальхен найти верного спутника в жизни...

Наконец настал светлый час освобождения! Валя с девчонками заметила столб подле лагеря (теперь им можно было выходить куда угодно), надпись гласила: «...Родина вас простит! Родина вас ждёт!»Вот уж воистину «воздух Родины» — он особенный. Не надышишься им. Это кто кого должен прощать? И за что? За то, что Родина сдала людей фрицам без боя? Что дала угнать их в рабство?...«В ваших интересах расторгнуть все браки с немцами», — гласили новые объявления. Девчонки горько смотрели на объявление и восклицали негодование. А у Вали от фразы «про браки с немцами» потемнело в глазах. Неужели уже ничего нельзя было исправить? Какие они предатели Родины? Какая она, победа?

Эта книга захватила меня полностью и вызвала всплеск эмоций. На протяжении всего романа я переживала все испытания, выпавшие на их жизнь. Как бы я, такая же 13-летняя девочка, повела себя? Война. Она грянула в один день, солнечный, жаркий. Впереди ещё целое лето... Я давно не испытывала столько впечатлений от одной книги. И в этом и сказывается умелость автора. Это настоящее произведение искусства — показать те эмоции, те ужасные чувства девочек-подростков сквозь события. Война, она изменила всё... Друзья, семья, любовь... Сколько она приносит потерь, но и вместе с тем...

Эмоции и впечатления

Текст этого романа создан удивительно талантливой рукой. Самое интересное — использование страниц из дневника, что создаёт невероятную причастность к ситуации. Книга читается на одном дыхании, и я готова перечитывать её вновь и вновь. Когда я составляла данную рецензию, я вновь вспоминала все события книги, и мне было очень сложно удержаться, чтобы не описать всё, ведь каждая деталь здесь пропитана смыслом, чувством. Эта книга обязательна к прочтению для каждого.

Она изменила мое мнение о многих вещах, я задумалась над целой цепью жизненных ситуаций, проблем, когда может вот так, в один день, потерять всё. Война, она связла Валю и Тилля, но также их и развела. Жизнь так быстротечна, и то, что было вчера, может уже не повториться. Я давно не вдавалась в книгу так, как сейчас. На последних страницах я уронила горькие слёзы. Выбор, от решения которого зависит будущее, их жизнь с Тиллем. Но был ли он у Вали? Выросши в СССР, она не могла думать иначе, как — не поедет — предаст Родину. Там её семья. И она просто не могла принять другой выбор.Приехав в свой родной город, она не нашла никого из членов семьи. Лишь краткие рассказы людей, живущих по соседству. Даже квартиры их не осталось. Валя выросла, вышла замуж и стала жить в доме. Работала. Пришлось массажистом, доучиться на врача не разрешили — живя рядом с немцами, таковы правила были. И вот, в один безоблачный летний день, через 45 лет они вновь встретились... Смеялись, рассказывали и внимали рассказам других... Через столько лет... И каждый думал только об одном: что было бы, если бы они сделали другой выбор 45 лет назад? Были ли они с Тиллем счастливы? Но никто из них так и не задал этот вопрос этим летним тихим вечером — «Ждал ли ты меня?..»

«Суровая пища для ума», — так называет роман директор школы № 109, Евгений Ямбург.

И я полностью с ним согласна.