В Москве прошёл круглый стол, посвящённый «Завещанию Петра Великого» — документу, которого нет ни в одном архиве, но который уже двести лет используют в пропаганде против России. О том, кто его придумал и почему ему до сих пор верят, рассказали заместитель генерального директора Российской национальной библиотеки Станислав Голубцов и заведующая информационно-библиографическим отделом РНБ Надежда Веденяпина.
Встреча открыла проект «У истоков антироссийской пропаганды», который РНБ проводит вместе с медиагруппой «Россия сегодня» в Год единства народов России.

Источник: Ольга Удовенко
У «завещания» нет оригинала, черновика или архивной записи. Зато есть 14 пунктов, которые гуляют по газетам и книгам два столетия. В них Петру I приписывают планы захватить Европу, разделить Польшу, взять Константинополь, дойти до Индии и стравить европейские страны между собой.
«Это подделка, это фейк в чистом виде, рассчитанный на массовое сознание», — сказала Надежда Веденяпина.

Источник: Ольга Удовенко
Автор идеи — Михал Сокольницкий, поляк, военный инженер, участник восстания Костюшко. Он воевал против России, два с половиной года провёл в заключении в Петербурге, потом уехал во Францию и служил в разведке Наполеона.
«Любого пиарщика-создателя инфоповодов он заткнул бы за пояс легко», — пошутил Станислав Голубцов.
Свою идею Сокольницкий предлагал ещё французской Директории, но понадобилась она позже — Наполеону.

Источник: Ольга Удовенко
Впервые текст опубликовали в 1812 году по поручению Наполеона. Автором выступил Шарль Лизюр.
«Агрессор должен был объявить, что он как бы препятствует агрессии. Поэтому Наполеон этот документ и велел опубликовать, — объяснила Веденяпина.
Именно французский император добавил в текст пункты про Индию и континентальную блокаду — это были его собственные планы.
«Редакция, несомненно, Наполеона. Протодокумент — это, несомненно, Сокольницкий. А сама идея о стремлении России к мировому господству — это идея Сокольницкого, которая упала на очень благодатную почву», — подытожила эксперт.

Источник: Ольга Удовенко
В 1836 году Гайярде, один из соавторов Александра Дюма, издал мемуары авантюриста шевалье д’Эона и вставил туда историю о таинственной бумаге, найденной в Петергофе. Настоящие мемуары д’Эона, вышедшие в Амстердаме в 1775 году, никакого «завещания» не содержат. Само слово «завещание» появилось позже — в книге «Иллюстрированная Польша» 1839 года.

Источник: Ольга Удовенко
Миф вспоминают каждый раз, когда нужно доказать «исконную агрессивность» России. Всплески были после польского восстания 1830–1831 годов, в 1848-м, когда Россию назвали «жандармом Европы», в годы Крымской войны.
«Всякий раз, когда возникает так называемый Восточный вопрос, в европейской журналистике поднимается целая буря против воображаемых завоевательных планов России. Причём главнейшим и единственным доказательством является цитирование Завещания Петра Первого», — привёл Голубцов слова исследователя Сергея Шубинского, написанные ещё в 1877 году.
В 1939-м в Германии вышло заказное исследование «Русское вторжение в Европу Петра Великого» — с цитатами из того же текста. В 1979 году журнал Time, комментируя ввод советских войск в Афганистан, написал, что советские лидеры действуют «в полном соответствии с заветом Петра Великого о походе на Константинополь и Индию».
«Каждый раз, когда в зарубежной печати речь заходит об исконной агрессивности России, это, как правило, прямое цитирование этого апокрифического завещания», — сказал Голубцов.

Источник: Ольга Удовенко
Первым подделку вскрыл Егор Беркгольц, сотрудник Императорской библиотеки: в 1863 году в Брюсселе он опубликовал работу об авторстве Наполеона. В 1877-м на русском выступил Сергей Шубинский, которого долго считали первым разоблачителем.
В 1941 году вице-президент Академии наук Отто Шмидт спросил академика Евгения Тарле, почему фашистская пресса так часто ссылается на «завещание». Тарле ответил: с научной точки зрения проблемы нет, документ давно развенчан.
Причина простая: этого хотели. Ещё при жизни Петра в Европе выходили памфлеты против него, а страх перед сильной Россией подпитывался реальными событиями — разгромом Швеции, появлением русской армии в Европе.
«Сокольницкий не придумал это всё, это всё витало в воздухе. Эта паранойя развивалась. Поэтому завещание было воспринято на ура, потому что оно отвечало всему, что до этого раскручивалось», — объяснила Веденяпина.
Потом подключилась картинка. В 1854 году во Франции вышел альбом иллюстратора Гюстава Доре «История Святой Руси», где Пётр I пожирает Европу, а русский человек изображён как плод «союза моржа и белого медведя».
«Нарратив начинает работать тогда, когда появляется изображение. Когда вам продают картинку, надо понимать, какие смыслы в неё вложены», — заметила модератор, связав старые фейки с современными технологиями — от соцсетей до искусственного интеллекта.
Эксперты посоветовали для изучения статью Елизаветы Даниловой 1946 года, работы Беркгольца и Шубинского, монографию Сергея Мезина о Петре Великом в иностранной библиографии. Отдельно Голубцов выделил ответ Тарле 1941 года.
Главный вывод он сформулировал так:
«Главное — не верить. Надо отгородиться, понимать, что происходит, не стать жертвой ни нападения, ни манипуляции».
«Знание источника является ключевым моментом информационной гигиены», — добавила модератор.
Документ, которого нет, пережил своих создателей, империи и идеологии. Ему не нужен подлинник — достаточно цитаты. Противостоять этому можно только одним способом: каждый раз задавать вопрос, откуда взялся текст.
Пока этот вопрос задают, миф остаётся мифом, а не историей.