Рождественское чудо, волшебный поезд и кукольное представление в театре на Вернадского, 13

Детский спектакль "Рождество Франческо Монти", рассуждения о чуде и повесть о том, почему страж порядка – это вам не бублик с маком

17 февраля
12:25

Детский спектакль "Рождество Франческо Монти", рассуждения о чуде и повесть о том, почему страж порядка – это вам не бублик с маком

"Рождество Франческо Монти" – спектакль по мотивам повести Дж. Родари «Путешествие Голубой Стрелы» представили в театре на Вернадского, 13. Это наивная история об оживших игрушках, удивительном поезде Голубая Стрела, неуловимом пройдохе-итальянце Лео Кампьоне и очень ответственном полицейском, попадающим впросак из-за своей серьёзности. Здесь и кукольный театр, и шоу теней и настоящий поезд, мчащийся по рельсам. С первых минут дети настолько верят происходящему на сцене, что даже начинают кричать из зала, подсказывая героям, как быть. 

1.jpg

Сказка о рождественском чуде, конечно, детская, но все детские сказки во многом созданы для взрослых. Почему? Да потому что в основном именно взрослые не замечают чуда. И разве детям стоит напоминать, что марионеточная свобода, когда тебя “дергают за веревочки” – слишком фальшива?  

2.jpg

«Когда мы кого-то любим, то наивно полагаем, что этот кто-то любит нас, а это не всегда так. А некоторые так любят, как будто привязывают к себе верёвками...»Разве назовёшь это “детской” фразой? А ведь все маленькие гости театра сидели и наравне со взрослыми всё понимали. Они даже притихли под конец, внимательно вслушиваясь.  

О спектакле, его создании и таких обыкновенных чудесах нам удалось поговорить с художественным руководителем театра и режиссером спектакля – Еленой Громовой 

‒ Вашему спектаклю какой год пошел?  

Второй. Получается, что с 2019 на 2020 мы его сделали, как новогодний спектакль, и играем до сих пор. Поэтому получается, что второй год. Ну, в 2020 почти не играли, потому что карантин. 

‒ А почему вообще выбор пал именно на это произведение? 

‒ Новогодних чудесных сказок довольно мало. Поэтому мы каждый год выискиваем: что бы такое еще чудесное поставить. Когда-то я делала уже по этому произведению спектакль, делали уже эту сказку. Сказка хорошая, неоднозначная. Скажем так, литература – это графоманство совершенное, чистейшей воды (смеется - прим. авт.). Джанни Родари, собственно, никогда себя не позиционировал как великий литератор, скорее он журналист.  

‒ Насколько схоже то, что вы ставите на сцене, с оригиналом? 

‒ У Джанни Родари совершенно журналистский подход к делу. Поэтому мы пытались что-то переписать. Идея нравится, хорошая, но мы пытались ее немножечко переделать, поэтому с оригиналом сходство не очень большое. 

‒ А что именно вы поменяли? 

‒ Например, мы вернули фею Бефану. Вернули вообще имя феи, потому что в Италии, собственно, Рождество - праздник именно Бефаны. Есть такая замечательная всенародная итальянская легенда, что она собиралась вместе с волхвами принести дары, но не успела, и когда пришла ‒ ясли были пустые. И поэтому она на каждое Рождество ищет детей и дарит им подарки. И нам вот захотелось вернуть какой-то философский смысл этой сказки. 

3.jpg

‒ Что является для вас главным посылом в этом спектакле? 

‒ Главный посыл этого спектакля – быть кому-то нужным. Только в этом. Посыл в любви, посыл в том, что любовь, вера творят чудо. И, конечно хотелось, чтобы этот щенок в конце концов превращался в живого щенка - но так не вышло. Но, собственно, это и есть главное рождественское волшебство: когда ты веришь и надеешься, чудо происходит, и концу игрушечный щенок становится живым.

4.jpg

По сказке это не фея его превращает, а он просто сам превращается в живого. Но нам пришлось немножко переиначить, потому что есть сценические условия, и каждый раз живых собак не напасёшься сюда таскать (улыбается - прим. авт.). Пытались, честно пытались, но не вышло, не удалось. 

5.jpg

‒ В вашей жизни много чуда? 

‒ У меня тут вон сплошные чудеса (смеется - прим. авт.) Есть, конечно. Обыкновенное чудо есть чуть ли не на каждом шагу. Просто мы в суете своей его не замечаем. Вот мы бежим куда-то, еще что-то делаем, а потом уже, постфактум, думаем: ёлки-палки, а ведь произошло такое... а ведь,... ой как здорово!  

‒ А последний раз когда вас так поразило, что чудо прошло незамеченным?  

(в этот момент на заднем фоне громко и отчетливо раздается песня Лаймы Вайкуле “Вы гладили ворот шубы и глядя в мои глаза...” в интерпретационном исполнении одного из актеров

‒ Вот, пожалуйста, чудо! Тут, я говорю, сплошные чудеса, не успеваешь даже оглянуться! Это театр. А так... что-то не вспоминается прямо вот сразу. Не буду врать. Возможно вчера, возможно, неделю назад, возможно, месяц... Хотя вот, на улице, ну разве не чудо?! Столько снега! Сразу детство вспомнилось: так захотелось нырнуть в этот сугроб и поплыть. Хотя приблизительно так я сюда и шла. Может быть, не очень и хотела, но так оно и произошло. Выходишь из дома, смотришь: а, ну в общем ладно, поплыли.  

После беседы с режиссером удалось поговорить с актером Павлом Симоновым, который исполняет роль комиссара, и поговорить об его герое. 

‒ Когда вы готовили этот образ, каким хотели сделать вашего героя? Может быть, брали кого-то на заметку? 

‒ Мне очень нравятся французские комедии - с тем же Жераром Депардье, Луи де Фюнесом. Несмотря на то, что действие спектакля происходит в Италии, конечно, я вспоминал «Жандармов». Отталкивался я от образа Луи де Фюнеса, одного из моих самых любимых. Так что, если говорить про вдохновение, черпал оттуда. Но, естественно, добавлял что-то свое. Вспоминал ту же самую Розовую Пантеру, там тоже очень шикарный детектив. 

‒ Какой ваш герой? 

‒ Знаете, нельзя сказать просто: добрый или плохой. Он – человек своей работы, своего дела. Ну и о семье он не забывает. Для него закон и долг: служить и защищать ‒ превыше всего. Отсюда и берется такая вот утрированность: он очень, даже слишком, серьезно относится к любому расследованию. Но если говорить совсем просто, то он, конечно, положительный. Тут даже нет слов. Просто он серьёзен: преступность должна быть наказана, правосудие должно восторжествовать! 

‒ А есть у него небольшая рассеянность? Вот говорит он: “оружие ‒ это вам не бублик с маком”, а сам... 

‒ Нет, нет, здесь не рассеянность, здесь ближе всего, наверное, то, что он заигрывается в это, он слишком, гиперболизировано увлечен всем происходящим. От этого как раз-таки и берутся казусы. 

‒ А наивность, детскость какая-то, в нем есть? 

‒ Конечно, конечно. Это и хотелось показать! Когда мы работаем над материалом, всегда есть, за что уцепиться, от чего толкаться. И вот нам известно, что в детстве он мечтал стать моряком, а потом мы видим, насколько его тронул подобный подарок (в конце спектакля комиссар получит игрушку). И тут речь идет от том, что он мечтал сначала об одном, потом стал полицейским, и, конечно, он в это немножечко играет. Но, в первую очередь, он просто очень это любит. 

‒ Вы любите своего героя? 

‒ У любого артиста есть любимые и нелюбимые роли. Я всегда своих детей, с которыми занимаюсь в студии, учу, что не бывает плохой роли, важно то, как ты её сделаешь. Другое дело, когда есть какой-то материал, который ты играешь уже очень много лет, и, естественно, хотел бы что-то поменять в нем или, например, от него отказаться, чтобы переосмыслить. Но если говорить об этом герое, то да, это один из любимых моих персонажей. 


Комментарии
авторизуйтесь
чтобы можно было оставлять комментарии.
Читайте также
25 февраля
16:45
Спектакль «Самый счастливый день в моей жизни» вернулся после годичного простоя в ЦСИ М'АРС
20 февраля
12:45
Премьера спектакля "Однажды в Одессе"
17 февраля
08:55
Я не я, и быдло не мое